Ресторанный критик Елена Ремчукова о съедобных подарках помимо хлеба и соли.
Это благородная традиция — дарить «корзинку пирожков и горшочек маслица». В таком жесте есть и теплота, и демонстрация приложенных усилий, и соблюдение правила про не слишком высокую цену подарка. Мне, правда, дарили и килограммовые банки икры (впрочем, я не обижалась). Главное в съедобных подарках — уместность. Тут прямо по поговорке о том, что «дорого яичко ко Христову дню». Не стоит присылать распрекрасный хамон иберико в мусульманскую семью. Универсальны, конечно, сладости. Лучшая мировая практика — это торты Sacher. Знаменитый отель в Вене принимает предзаказы со всего мира: даете им адрес, дату и имя того, кого хотите порадовать, и отель отправит свой торт в специальной деревянной коробке с поздравительной карточкой. Торт «Захер» довольно сухой, глазурованный и хорошо хранится. В добрые времена я получала коробки с ним от одного друга ко дню рождения. Это, по-моему, высший класс. Из той же категории — новогодние подарки посольства Германии: жестяная коробка со знаменитым штолленом из Дрездена. Я всегда жду этот штоллен.
Из приготовленного своими руками, на мой взгляд, уместны только сухие или полусухие сладости. Красивая коробка, а в ней печенье или кексы, завернутые в шуршащую бумагу, с карточкой: «Эти брауни Лена вчера испекла специально для вас. С благодарностью за помощь в поисках прекрасной няни». Это хорошо, это по-английски. Но современнее, конечно, послать коробку конфет или готовых пирожных. Замечу тут как бывший ресторанный критик журнала «Татлер»: в Москве сейчас нет хороших тортов и пирожных. Все увлеклись декоративными муссовыми сластями, а они гастрономической ценности не представляют. Когда мне надо, я беру яблочный тарт татен в кондитерской Pinocchio на Кутузовском (там еще годный бисквит с маскарпоне и ягодами) или пирог с земляникой Аркадия Новикова в его ресторанах: он дорогой, но всегда производит впечатление. Из муссовых пирожных самые проработанные внутри и живописные снаружи — в кондитерской Lila супругов Табидзе на Сретенке.
Самые неудачные съедобные подарки на моей памяти — это сырая рыбина и сырая дичь. То есть всё, что сулит хозяйке дополнительную возню на кухне. Однажды я получила к Рождеству от хороших друзей гигантскую индейку супероткорма «со своей фермы». Индейка не влезала в мою немаленькую духовку Miele. Я долго прыгала, как мистер Бин, веселила семью. А потом договорилась со знакомым шеф-поваром, и мне запекли индейку в ресторане.
Самые неудачные съедобные подарки на моей памяти — это сырая рыбина и сырая дичь.
Напрячь может даже самая распрекрасная клубника, если присылать ее ящиками. Все, что требует много места в холодильнике, перебирания, немедленного превращения в компот, — плохой подарок. Здесь работает правило: не создавать своим подношением дополнительных хлопот. Времена не феодальные, мало кто может отправить фазанов на кухню, чтобы занять делом поварят.
Напрячь может даже самая распрекрасная клубника, если присылать ее ящиками.
Наконец, не советую передавать в качестве привета или дарить готовые блюда. Это чрезмерно. Даже если очень уважаемый гость вчера за столом у вас уплетал голубцы вашей бабушки и просил добавки, это не значит, что вы обрадуете его кастрюлечкой этих самых голубцов с доставкой на дом. В гостях принято распускаться и нарушать режим питания, в этом радость жизни и необходимое разнообразие. А дома очень уважаемый человек, скорее всего, ест папайю и спирулину строго по личному расписанию. При этом замечено, что самые тонкие-звонкие женщины всегда счастливы получить в подарок конфеты и пирожные, особенно макаруны. Может, они и съедят-то всего одну штучку, но такому исконно дамскому, изящному подарку точно обрадуются. По традиции.
И еще несколько советов от хлебосольных людей:
Раньше каждое лето я делала запас настоек и потом успешно их дарила всю осень и зиму. Упаковывать их особо не нужно, настойки выпивались сразу после получения.
Подруге в Милан я однажды привезла в качестве подарка на Рождество замороженные хинкали из «Оджахури». Не спрашивайте как. Дизайнер Андрей Артемов как-то получил от меня коробку с итальянским провиантом. С тех пор на вопрос, что привезти, он отвечает: «Соль. У тебя так хорошо это получается».
Еще более благодарный жанр — гастрономические подарки детям. Помню, как везла любимым детям одной моей подруги кекс с пятого этажа миланского универмага La Rinascente — в ручной клади, с пересадкой в Стамбуле. Видимо, больше всего на свете я люблю кого-нибудь накормить.
Никогда не дарю то, что приготовил сам. Люди вполне могут сами позаботиться о съестном. Подарить бутылочку масла из оливок или авоську лимонов, выращенных в своем саду, — это хороший тон. Кочан капусты из собственного огорода — тоже, это еще и смешно. Но тащить с собой испеченный пирог, если тебя об этом не попросили, — это не очень. Мне вот нравится крамбл, который делает моя подруга Елена Вольцингер (директор фонда «Гилель» в России. — Прим. ред.). И когда мы собирались раньше, я всегда просил ее изготовить этот крамбл. Но это совершенно другая история: я просил, она приносила, и все поедали пирог с большим удовольствием.
Ничего съедобного я никому не высылаю. Но как-то раз приготовила дома у своего друга, дизайнера Аззедина Алайи котлеты из телятины со свининой. Он сказал: «Какие вкусные булеты! (Котлетами французы называют мясо на косточке, а наши котлеты из фарша — это булеты.) Сейчас всё сожрут, дай я на утро себе на завтрак отложу». Потом я периодически жарила эти котлеты и приносила ему. Он их тут же клал вглубь своего гигантского холодильника.
Для меня язык любви — это подарки. Сама люблю дарить, люблю, когда люди заморачиваются и собирают подарок для меня. Пока мы сидели с детьми на карантине, мне хотелось творчески самовыражаться. Я бесконечно занималась йогой и пекла пироги. Друзья тоже сидели по домам, и мне ужасно хотелось подарить им частичку себя. Каждому тогда достался свой пирог: ревеневый, клубничный, фруктовый, мясной. Я заворачивала их в ажурные тонкие салфетки. Купила их когда-то очень давно во Франции, в одной из крошечных лавок, — сет из девяти салфеток. «Ни туда ни сюда, — подумала я. — Пусть лучше послужат такому приятному делу».
С удовольствием посылаю в подарок друзьям разные дачные штуки. Для этого у меня припасены банки всех мастей и размеров. Плюс тысячу лет назад я купила на Трехгорке разные красивые ткани. И вот я обязательно закрываю крышку, скажем, варенья кусочком ткани и обвязываю бечевкой. К Новому году всегда делаю джем из мандаринов с лимоном и специями — он прекрасно идет к сыру. Когда иду в гости, скорее возьму такую баночку, нежели цветы.
Не первый год посылаю друзьям соленые огурцы собственного производства. Это невероятный кайф — искать самые маленькие, «молочные» огурцы. Обычно ведь люди, которые делают соленья в промышленных масштабах, решают свои коммерческие задачи: чем больше огурцы, тем лучше. А мне нужно наоборот, мне важен процесс: подобрать огурчик к огурчику, засолить, подписать каждую банку. Не знаю, все ли друзья говорят правду, но я не слышал ни одного негативного отзыва. Незнакомые подписчики в соцсетях писали: «Продайте». Но я ничего не продавал, просто кайфовал. Один наш известный светский аграрий приглашал меня на свою суперсовременную ферму. Говорил: «Бери теплицу и выращивай». И что вы думаете: теперь я огурцы продаю. Первый дроп разошелся за два дня.